Автор: Александр Непомнящий, Управляющий партнер Emet
Дело рассматривалось как «пилотное»: российский банк ещё в январе 2023 года обратился в Казначейство Бельгии с заявлением о разблокировке своих средств и ценных бумаг в Euroclear. Казначейство ответило отказом 15 июля 2024 года. Банк обжаловал этот отказ в Госсовете Бельгии — высшем административном суде страны.
11 сентября 2026 года Госсовет вынес решение № 267.613, которым отказ Казначейства был аннулирован. Причина — не в существе дела банка, а в самом механизме, на основании которого Казначейство вообще получило право принимать такие решения: указ министра финансов Бельгии от 13 декабря 2023 года о делегировании полномочий Казначейству признан не соответствующим требованиям к нормативному регулированию — делегирование не имело чётких критериев, процедур и гарантий, а сама процедура рассмотрения заявлений на разблокировку не была закреплена ни в одном нормативном акте, только на сайте Казначейства.
После 2022 года Евросоюз и страны G7 заморозили порядка 300 млрд евро российских активов, из которых около 185 млрд евро хранятся именно в бельгийском депозитарии Euroclear. В 2024 году было принято 186 положительных решений о выводе активов российских инвесторов из Euroclear — то есть механизм разблокировки в принципе работал. С начала 2026 года практика заметно изменилась не в пользу инвесторов, а рассмотрение заявлений на несколько месяцев фактически встало на паузу именно из-за судебного разбирательства, которое теперь завершилось этим решением.
Поскольку проблема носит системный характер — она касается не конкретного отказа конкретному банку, а самого основания, на котором Казначейство вообще принимало решения, — выводы Госсовета потенциально применимы к любому отказу, вынесенному по тому же механизму делегирования полномочий.
Нет. Решение Госсовета не отменяет автоматически все ранее вынесенные отказы и само по себе не является лицензией на разблокировку. Даже в самом «пилотном» деле, по которому было вынесено решение, заявление банка не удовлетворяется автоматически — оно будет рассмотрено заново, но уже без порочного основания в виде неурегулированного делегирования полномочий.
В первую очередь необходимо проверить:
Когда был вынесен отказ и кем именно он подписан. Это определяет, действительно ли решение принималось в рамках того же механизма делегирования полномочий, который признан незаконным.
На каком основании принималось решение. Если отказ обоснован иными причинами, помимо полномочий принявшего его органа, позиция Госсовета может быть не так применима напрямую.
Не истёк ли срок его обжалования. Партнёр бельгийской юридической фирмы EU-Sanctions Роланд Муерсонс обращает внимание: если инвестор не обжаловал первоначальный отказ Казначейства в установленный срок, этот отказ, как правило, продолжает считаться действительным и автоматически не отменяется новым решением Госсовета.
Есть ли основания использовать позицию Госсовета в конкретном деле. Прямая применимость решения № 267.613 зависит от того, насколько обстоятельства конкретного отказа совпадают с обстоятельствами «пилотного» дела.
Даже если срок первоначального обжалования истёк, это не всегда означает, что возможности исчерпаны: в зависимости от обстоятельств может рассматриваться подача нового заявления на разблокировку и последующее оспаривание нового отказа, если он будет вынесен, — уже со ссылкой на позицию Госсовета.
Для инвесторов, чьи заявления на разблокировку активов ещё находятся на рассмотрении, решение также имеет значение: бельгийским властям, вероятно, придётся учитывать позицию Госсовета при дальнейшем принятии решений — в том числе пересмотреть сам механизм, на основании которого решения принимаются, чтобы избежать повторения той же процедурной ошибки.
на предмет применимости позиции Госсовета Бельгии к обстоятельствам дела.
и доступных процессуальных опций, включая повторную подачу заявления.
во взаимодействии с бельгийскими юристами и Казначейством.