Автор: Юрий Хейзе, Управляющий партнер Emet
Пример. Доля в компании куплена учредителем за 10 млн рублей, сегодня стоит 300 млн. Для целей создания фонда доля оценивается по рынку — 300 млн, и порог 100 млн выполняется с запасом. Но в налоговом учёте фонда та же доля принимается по стоимости учредителя — 10 млн. Если фонд продаст её за 320 млн, налогооблагаемая прибыль составит 310 млн, а не 20. Рыночная оценка при вкладе и налоговая стоимость актива — разные величины, и смешение этих плоскостей порождает самые дорогие ошибки планирования.
Отсюда практическое следствие: фонд — инструмент владения, преемственности и аккумулирования пассивного дохода, а не машина для безналоговой продажи подорожавших активов. Дивиденды, проценты и аренда в фонде облагаются по ставке 15 процентов и распределяются семье без НДФЛ — здесь его сила. Продажа исторических активов требует отдельного расчёта: иногда её выгоднее провести до передачи в фонд, иногда — внутри фонда с учётом отложенного налога, иногда — не проводить вовсе, оставив актив как источник потока.
Периодически нам приносят на экспертизу конструкции, где переоценка достигается промежуточными звеньями: вклад в компанию по рыночной стоимости, перепродажи внутри группы, дарения по цепочке. Общая черта таких схем — единственной их целью является создание налоговой стоимости, которой не было. Это прямая мишень статьи 54.1 НК РФ: операции без деловой цели, направленные исключительно на налоговую выгоду, не защищаются, а доначисления приходят с пенями и штрафом. Мы такие конструкции не строим и клиентов от них удерживаем: экономия, живущая до первой углублённой проверки, экономией не является.
Корректная альтернатива — планирование на уровне состава передаваемого имущества: какие активы фонд будет держать, какие — продавать, в какой последовательности формируется портфель фонда и что остаётся у учредителя. Это скучнее «схем», но работает десятилетиями.